Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
18:16 

Фандомная битва-2012 - Звероловы - Глава 6 - Анжела

Египетская мау
усата-полосата

Название: Звероловы
Автор: Египетская мау
Размер: миди, 16172 слова.
Пейринг: Анжела Петрелли/Самсон Грей; Анжела/Артур Петрелли
Категория: джен
Жанр: драма, романс
Рейтинг: от G до PG-13
От автора: капсы не имеют эстетической ценности - это просто узелки на фильтре, через который пропущены "Герои"
Краткое содержание: Видеть вещие сны – не столько дар, сколько проклятье для Анджелы Шоу, «особенной» девочки. Удачное толкование может спасти жизнь, зато поспешное или неверное – приводит к непоправимым ошибкам, и тогда жизни гаснут, как свечки. Есть ли шанс у Анджелы исправить самую страшную ошибку своей жизни?

Глава 6 – Анжела

Анжела стоит у окна и глядит в мокрую ночь. Кривые дорожки змеятся по стеклу, крупные тяжёлые капли гулко стучат о подоконник, где-то на востоке грохочет гром.

– У меня была сестра, она портила погоду, когда трусила или грустила.

Движение сзади, тихое дыхание над её головой. Гэбриэл стоит за её плечом. Анжела почувствовала бы это, даже если бы он не отразился в стекле.

– Я не успела вас познакомить.

– Успела, – слышит она в ответ и оборачивается в недоумении. Сайлар спокойно кивает: – Этот дар, Анжела, знать, что помнят вещи… – Грей морщится, на секунду склонив голову к плечу так знакомо, – он довольно обременительный...

– Как любая способность, мальчик.

– …но очень информативный. Здесь всё наполнено воспоминаниями об Элис… и о Песках. И о моём отце.

– Сэм умер, Гэбриэл.

– Вот как, – эхом отзывается он. – Я рад.

Анжела снова смотрит на него, пытаясь прочесть по лицу, о чём он думает.

– Ты объяснишь мне..?

– Конечно, – легко отзывается Грей. – У нас впереди уйма времени.

Анжела окончательно поворачивается к нему и спрашивает:

– Правда, Гэбриэл? Почему?

– Почему – что? – уточняет он. – Почему я рад, что отец больше не жалок и не опасен? Или почему я не убил его, хотя он сам просил об этом? Или…

– Почему мы разговариваем с тобой, Гэбриэл? Это время, которое у нас будет – почему оно будет?

Сайлар вместо ответа наклоняет лохматую голову так близко, словно собирается положить её Анжеле на плечо, несколько пылающих миллиметров между их кожей, и Анжела закрывает глаза, так сильно ощущение возвращающегося покоя.

– Прежде всего – потому, что ты не отдёргиваешься в ужасе, когда я приближаюсь, как сейчас. Даже Элль… так не могла. Ты меня принимаешь. А я… – он ведёт крупным носом у её виска и втягивает запах её волос, – я принимаю тебя. Знаешь, – доверительно добавляет Сайлар, – мне никогда не нравилось, как пахнет Вирджиния. Кухня и арахисовое масло, что-то приторное и противное, вроде нафталина. Или, ещё хуже – рыба. А вот ты… ты пахнешь по-другому. Мне нравится.

– Ты же мой сын, – легко говорит Анжела.

– Я Гэбриэл, – напоминает он.

– Конечно, Гэбриэл. – Она открывает глаза и поясняет: – Я вас не путаю. Этому безумию конец. Мой Нейтан мёртв. Ты убил его. И я тоже.

– «Нейтан должен умереть», – Гэбриэл воспроизводит интонацию Артура так безупречно, что у неё пробегает холодок по коже. – Не ты произнесла это первой, Анжела.

– Но я это повторила. Ты понятия не имеешь, что я делала в своей жизни.

– Тобой манипулировали. И мною тоже.

– Я ненавижу, – с чувством говорит она и привычно пропускает руки у него под мышками, обнимая тесно, как изредка обнимала Нейтана, наскучавшись. Тело под руками тоньше и выше, оно создано для объятий, голова сама удобно ложится на плечо Гэбриэла, и Анжела продолжает говорить ему в воротник: – ненавижу, когда мною манипулируют.

– Я тоже, – говорит он и так же просто отвечает на объятие. – Люди никогда не упускают случая забраться кому-нибудь в мозг, даже если ни черта в этом не смыслят. Мне очень повезло с начальной способностью.

– Повезло, – соглашается она. – Ты всё исправил? – Грей кивает.

– Я избавился от всего мусора. – Анжела распахивает глаза и сжимается, грудь саднит от боли, внутри всё каменеет. – Ну нет, – шепчет он ей в ухо, склонившись близко-близко,– даже я не настолько жесток, чтобы называть мусором воспоминания Нейтана.

– Ты…! – Анжела вскидывается, боясь поверить, – ты сохранил его!

– Навечно, – горько усмехается Грей, – это самое малое, что я мог сделать, чтобы… исправить… ну хоть немного… так что я помню, как развешивал самолёты в своей комнате, и как ты мне помогала привязывать нитки… помню завтраки, которые ты вручала мне перед школой – никакого грёбаного тунца, – и как читала мне «Ветер в ивах»… и ещё тысячу вещей.

– Как Милли познакомила тебя с Полли?

– С Келли, ты хотела сказать? – Грей улыбается, – Рождество 75-го, ещё бы. Ты собралась меня проверять? Вот тебе: я помню, что завалил философию, и ты отмазывала меня у профессора Гринвуда, пользуясь связями Бишопа. Но я помню также, что в жизни не сдавал философию. Хотя мог бы. Я отделяю свои собственные воспоминания от его. Не так уж сложно для хорошо организованного ума.

– Я всегда считала, что твоё место в университете.

– Но мне и школы часовщиков не досталось после моей средней-пресредней школы.

Анжела замирает, осмысливая его слова, и размыкает объятия. Отворачивается к мокрой чёрной ночи и произносит:

– Всё возвращается так или иначе. Я даже не могу сказать тебе, что читать чужие письма некрасиво.

– Я за всю жизнь не получил столько писем, сколько за последний час.

– Они твои, ты прав, – кивает Анжела. – Я этого не планировала, но так уж вышло. В конце концов, я сама одарила тебя этой чёртовой способностью. И значит… ох, Гэбриэл, я даже вспомнить не могу толком, что писала.

– Что хочешь иметь такого сына?

– И подумать только, сколько бумаги было изведено понапрасну, – улыбается Анжела, но Грей остаётся серьёзным:

– Ты всё ещё хочешь этого?


* * *

Они поднимаются по полутёмной лестнице, а им навстречу спускаются Ной и Клэр, и Питер.

– Я так понял, что ты снова приняла его в семью, – без выражения произносит Беннет.

– Он был в этой семье задолго до того, как я узнала тебя, Ной, – отвечает Анжела.

– Для меня это, в общем, не сюрприз, – при этих словах отца Клэр изумлённо вскидывает глаза, и Беннет продолжает: – Слишком уж часто ты запрашивала его дело, чтобы я не обратил на это внимания. И это ты не позволяла мне его прикончить в лаборатории. Что, Гэбриэл, не знал? И затем в Песках, в том баре, помнишь, Анжела? Он выступал по телевизору, впервые в облике Нейтана, и все были в ужасе, одна лишь ты смотрела на него с гордостью.



– А я не собираюсь смотреть на тебя с гордостью, – говорит Сайлару Клэр, пользуясь тем, что стоит несколькими ступеньками выше и может глядеть на него сверху вниз. – Я никогда тебя не прощу за то, что ты сделал со мной, за то, что убил моего отца и мою мать!

– Вы с Ноем тоже убивали меня, Клэр. Я думал, это снизит немного градус твоей ненависти.

– И не надейся!

– Ладно, болельщица, – покладисто говорит Сайлар, но Питер слишком хорошо его знает, чтобы не заметить странное выражение, промелькнувшее в тёмных глазах Грея. Пит готов поклясться, что это удовлетворение. – Считай, что я тебе неродной.

Клэр принимается демонстративно размахивать невидимыми помпонами.

– Не паясничай, Клэр, – морщится Анжела и обращается к Питеру и Ною: – Итак, что дальше? Ной? Я избалована тем, что у тебя всегда есть план…

– Спроси своего старого нового сына, у него же есть эта чудесная способность. Что скажешь, Гэбриэл? – с вызовом говорит Беннет. – Ты же знаешь, как всё работает?

– Да, – откликается Грей, – поэтому предлагаю уйти и немедленно, пока сюда не вломились люди в камуфляже.

– Что?! – восклицает Клэр. – Я не для того раскрыла сегодня свою суть, чтобы снова пускаться в бега! Всё теперь должно перемениться!

– Всё переменится, будь уверена, – кивает Анжела, – но что, если эти перемены тебе придутся не по вкусу? Ты думаешь, что тебе позволят жить нормальной жизнью? Правительству удобнее заставить нескольких человек тихо исчезнуть, а тебя засунуть в сумасшедший дом, чем пересматривать политику и…

– Но они не могут! Все же видели, люди будут спрашивать…

– И ты, наивный ребёнок, думаешь, что людям не найдут, что сказать? – не выдерживает Ной. – Не сумеют объяснить твоё выступление? Никто, Клэр, не помешает им дискредитировать тебя и найти для зрителей новый интерес. И уж точно никто не помешает правительству понастроить лабораторий, чтобы запереть туда как можно больше двуногих подопытных крыс, потому что ты представить себе не можешь, как перспективны солдаты со сверхсилой!

– Солдаты-невидимки, – поддерживает Питер.

– Солдаты, которых нельзя убить, – вступает Сайлар, и Анжела подводит итог:

– Я не позволю кому-то замучить моих детей на разделочном столе. Мы исчезнем.

– Но это же нечестно, – тихо говорит Клэр.

– Ты всех сдала, дорогуша, не спрашивая согласия, – холодно произносит Анжела. – Я бы сказала, что это тоже…

– Ладно, мам, – перебивает Питер, – значит, уходим.

Он решительно спускается по лестнице, но голос Ноя заставляет его остановиться:

– Не так быстро, Питер.

– Снаружи, скорее всего, уже ждут, – подхватывает Сайлар. Бывшие напарники переглядываются, и Грей смотрит на Питера.

– Какая у тебя сейчас способность, Пит?

– Салливана. Хотя нет! Я… я же прикасался к тебе. Так что… я… – Питер разводит ладони, и между ними расцветает красивая голубая дуга.

– Эффектно, но не годится, – отрезает Ной. – Ни землетрясения, ни молнии нам сейчас ни к чему.

– Ну, что тебе дать? – спрашивает Сайлар, и Пит изумлённо смотрит на него:

– А ты можешь предложить на выбор?

– Я для тебя ходячий арсенал, – усмехается Грей и добавляет с досадой: – Разумеется, я могу. Так что возьмёшь?

– Регенерацию, – в один голос говорят Анжела и Клэр.

– Телекинез, – не соглашается Питер и кладёт руку на плечо Сайлара.

– Выйдем через оранжерею и обойдём дом, – Сайлар направляется в левое крыло. Пит идёт с ним.

– А мы, дамы, пока подождём, – Ной сопровождает Клэр и Анжелу обратно, в кабинет миссис Петрелли. Анжела бросает взгляд на две фигуры, почти неразличимые в тёмном коридоре – мальчики вот-вот выйдут в застеклённую пристройку и оттуда в сад.

Анжела спокойна: кто бы ни ожидал их снаружи, у них нет никаких шансов против её особенных детей. Жажда любви – слабость, но она и оружие. Оба её сына вооружены до зубов. И всё-таки ожидание невыносимо. Клэр пытается читать, Ной включил телефон и звонит кому-то, Анжела пишет на первом попавшемся клочке бумаги. Её дети появляются в дверях кабинета молча, со слегка сбитым дыханием, у Питера надорван рукав куртки. Она поднимается, достаёт зажигалку и подносит огонёк к бумаге. Берёт сумочку с самым необходимым и выходит первой, оставляя особняк и прежнюю жизнь навсегда.

Конец

@темы: фанфики, Sylar, Heroes

URL
Комментарии
2013-08-16 в 15:24 

Ох, автор! Это невероятно-невероятно прекрасный фик! Кажется, именно о чем-то таком я и мечтала. И все герои абсолютно в каноне, и никаких левых пейрингов.

Спасибо!

2013-08-16 в 16:28 

Египетская мау
усата-полосата
rotfoxy, спасибо вам за отзыв, мне очень приятно!

URL
   

Челнок космических котов

главная